В 2025 году в Эстонии сохраняется рост юридической и потребительской несостоятельности бизнеса, но официальная статистика отражает «статистическое спокойствие»: банкротств становится немного меньше, чем в предыдущем году, тогда как фактические процессы вывода компаний с рынка и прекращения их деятельности ускоряются за счёт массовых исключений из реестра и отказов от подачи отчётности.

Динамика напоминает тихий перелом в экономике, где активные ликвидации смещаются в сторону «исчезновения» компаний без формальных процедур.

В 2025 году суды Эстонии признали банкротами 154 компании, что на 14 юридических лиц меньше показателя 2024 года, однако общее число обращений о несостоятельности выросло до 2773 петиций. При снижении числа официальных решений по крупным игрокам — 140 частным и 10 публичным акционерным обществам — в стране, также, зафиксирован критический уровень нарушения финансовой дисциплины: 46 600 организаций на начало 2026 года так и не представили годовые отчеты за позапрошлый финансовый период.

На фоне дефицита государственного бюджета в 0,8 процента от ожидаемого ВВП, судебная система сталкивается с ростом личных дефолтов граждан, подавших 1024 заявления на самобанкротство, что пропорционально много по сравнению с годом ранее.

Механизм удаления из e-Business Register активных, но неотчётных компаний стал заметной «теневой» частью бизнес-цикла: если юридическое лицо не представило аудиторию финансовой отчётности и не имеет активов или конкретной деятельности, оно подлежит исключению из реестра без процедуры банкротства, и повторно может быть восстановлено только по заявлению в течение трёх лет.

Географическое распределение долговой нагрузки демонстрирует концентрацию рисков в столичном регионе. Уездный суд Харью принял 43 процента всех ходатайств, Тартуский — 32 процента, в то время как на суды Пярну и Виру пришлось 13 и 12 процентов соответственно.

Для сравнения, общее количество обращений (2773) незначительно превысило уровень 2024 года (2745), но почти вдвое превзошло показатели 2021 года (1554) и 2016 года (1253), свидетельствуя о долгосрочном росте финансовой напряженности.

Для сравнения, общее число обращений в суды (2773) почти вдвое превосходит показатели десятилетней давности: В 2016 году (период экономической стабильности) было зафиксировано всего 1253 обращения. В 2021 году (выход из пандемии) — 1554 обращения.

В 2025 году цифра вплотную приблизилась к пиковым значениям времен «Великой рецессии» 2009–2011 годов, когда страна оправлялась от краха рынка недвижимости. Однако структура кризиса изменилась: если в 2009-м рушились крупные девелоперы, то сегодня основной удар пришелся на малый бизнес и частных лиц.

На европейском фоне ситуация в Эстонии выглядит контрастно по отношению к северным соседям. В Финляндии число банкротств компаний в 2024–2025 годах побило рекорды 2000-х годов, достигнув отметки в 2700 случаев к концу 2024 года.

В Эстонии же Служба по несостоятельности фиксирует иную аномалию: рост числа «пустых» банкротных производств, которые прекращаются из-за отсутствия активов (raugemine). Это коррелирует с данными о том, что из 286 500 субъектов отчетности каждая шестая компания (46 600) пропустила дедлайн подачи документов, установленный еще в июне прошлого года.

Ранее, в апреле 2024 года, эксперты международной компании Coface указывали на Эстонию как на лидера по темпам роста банкротств в Прибалтике (+14,4%), объясняя это спадом на экспортных рынках Скандинавии.

Однако статистика начала 2026 года показывает переход кризиса в латентную фазу: предприниматели массово отказываются от юридического сопровождения бизнеса, предпочитая пассивное ожидание принудительного исключения из регистра. На текущую пятницу суды уже успели объявить о банкротстве первых четырех юридических лиц в новом году.

В Эстонии трое подростков убили мужчину, который попался на фальшивую интернет‑провокацию с предложением интимной встречи, сняли часть нападения на видео и распространили его в социальных сетях. Следствие по резонансному делу продолжается, мотивом преступления стал обман жертвы и последующая агрессия