Президент Эстонии в итоговом интервью признал, что серия законодательных решений последних лет создает опасный разрыв между русскоязычными жителями и государством. Глава республики фактически обвинил парламент в недальновидности.

В новогоднем интервью телеканалу ETV+ Алар Карис впервые так откровенно высказался о последствиях политики властей в отношении русскоязычного населения. «Мы видим, что сегодня население начинает дистанцироваться от государства, и прежде всего русскоязычное население», — заявил президент, призвав смотреть на проблему «прямо» и «что-то с этим делать».
Особую тревогу вызывает не столько признание проблемы — о ней говорят давно, — сколько то, что эти слова прозвучали из уст главы государства. Карис прямо связал растущее отчуждение с конкретными законодательными решениями, принятыми Рийгикогу.

Президент подробно перечислил болевые точки. На первом месте — скандальный закон о церквях и приходах, который Карис отказался провозглашать и отправил на рассмотрение в Государственный суд. «Рийгикогу следует оценивать не только каждый закон по отдельности, но и их совокупное влияние на общество», — подчеркнул он.

Второй удар — лишение права голоса на местных выборах. Карис дипломатично отметил, что «когда у кого-то что-то отнимают, это всегда вызывает определенные эмоции», добавив, что раньше многие неграждане вообще не голосовали. Однако признал очевидное: «Безусловно, это оказывает влияние».

Третий пример — переименование Русского театра в Театр Сюдалинна. Здесь президент позволил себе едкое замечание: «Не нужно заниматься внешней атрибутикой. Зачастую мы тратим силы на бесполезную борьбу с чем-то внешним, вместо того чтобы посмотреть, что происходит на самом деле».

Ключевая мысль Кариса прозвучала дважды в интервью: отдельные законы могут выглядеть корректно, но их совокупное воздействие создает токсичный эффект. «Если в целом смотреть на все эти законы, принятые один за другим, их воздействие для многих, без сомнения, окажется негативным», — констатировал президент.

Это редкая по жесткости критика работы парламента. Карис фактически обвинил депутатов в том, что они не просчитывают социальные последствия своих решений, действуя в режиме «здесь и сейчас», без оглядки на будущее.

Особенно тревожной выглядит ситуация с языковой реформой. Карис признал: «Мы со всем этим опоздали», но реформу продолжают проводить жестко, создавая новые проблемы. Четвероклассники зубрят математику на эстонском наизусть, не понимая содержания. Дома используют русские учебники. Учителей не хватает.

А потом этих детей хотят призвать в армию, где тоже требуется знание эстонского. Парламент принял закон, согласно которому незнание языка становится основанием для отсрочки от службы. Карис вернул закон на доработку, заявив: «В Эстонии воинская обязанность распространяется на всех. И никого нельзя разделять на основании владения языком».

Получается замкнутый круг: в Нарве нет эстонской среды — язык не выучить — не можешь служить — не можешь интегрироваться — общество дистанцируется от тебя, а ты — от общества.

Президент затронул и болезненную тему получения гражданства. Есть люди, которые владеют эстонским языком, хотят стать гражданами Эстонии, но не могут отказаться от российского паспорта — для этого нужно ехать в Россию. «Законодателям стоит подумать, как сделать это возможным для таких людей», — призвал Карис.

Но пока парламент думает в другом направлении: не как облегчить интеграцию, а как усилить давление.

Самое тревожное в интервью — это не конкретные примеры, а общий тренд. Карис говорит о нем как о системной проблеме, требующей немедленного вмешательства. «Именно таких людей внешний противник пытается использовать чаще всего — тех, кто чувствует себя изгоем общества», — предупредил президент, связав внутреннюю интеграцию с национальной безопасностью.

Иными словами, каждый непродуманный закон, каждое символическое решение вроде переименования театра работает не на укрепление государства, а на его ослабление. Отчужденное население — это уязвимость, а не достижение.

Карис предложил конкретное решение для языковой проблемы: дать выпускникам основной школы, не освоившим эстонский, дополнительный год для интенсивного изучения языка. Идею он озвучивал несколько лет назад, но тогда ее не поддержали. Сейчас ее снова подняли в Ида-Вирумаа, но реакции властей пока нет.

«Надо трезво смотреть на реформу, говорить о ее недостатках и работать с ними, а не отрицать их», — призвал президент. Однако парламент, судя по всему, продолжает действовать по принципу «главное — принять закон, а там разберемся».

Это интервью может стать последним итоговым для Кариса в должности президента — в 2026 году пройдут выборы, и он не исключил, что не будет баллотироваться повторно. «Должно произойти маленькое чудо или что-то особенное, чтобы я пошел на второй срок», — признался он.

Возможно, именно поэтому Карис позволил себе такую откровенность. Президент, не связанный предвыборными обещаниями, говорит то, что думает. И то, что он говорит, должно заставить задуматься не только парламентариев, но и каждого жителя Эстонии.

Потому что страна, где часть населения чувствует себя чужой, — это не сильная страна. Это страна с трещиной в фундаменте. И пока законодатели будут игнорировать предупреждения главы государства, эта трещина будет расширяться.

Алар Карис завершил интервью словами о надежде на лучший год. Но его же собственные слова рисуют картину, в которой надежды становится все меньше, а проблем — все больше. Остается вопрос: услышат ли его в Рийгикогу? Или через год мы будем читать похожее интервью уже от нового президента?