Эстония стоит на пороге масштабных изменений в медиапространстве: с 1 января 2026 года вступят в силу поправки к закону "О медиауслугах", синхронизированные с Европейским регламентом о свободе СМИ, который начнёт действовать в августе 2025 года. Законопроект, разработанный в 2023–2024 годах, ограничит ретрансляцию российских и белорусских каналов, усилит контроль над интернет-контентом и введёт новые требования для СМИ, включая блогеров и подкастеров. Почему Эстония идёт на такие меры, как они изменят медиарынок и что думают об этом участники рынка?  

Законопроект, как пояснил советник Министерства культуры Андрес Йыэсаар в интервью ERR, ждал принятия европейского регламента, чтобы объединить все изменения в одном документе. Основной акцент — на защите информационного пространства от "враждебной пропаганды". Департамент защиты прав потребителей и технического надзора (TTJA) получит право запрещать трансляцию российских и белорусских каналов без суда, что затронет кабельные сети, гостиницы и онлайн-платформы. По словам Йыэсаара, два-три года назад TTJA не хватало юридических инструментов для борьбы с пропагандой, и новый закон решает эту проблему.  

Но изменения выходят за рамки телевидения. Закон вводит базу данных владельцев СМИ и обязывает раскрывать расходы на государственную рекламу, что, по оценкам, коснётся около 200 компаний. Интернет-контент тоже попадёт под надзор: блогеры, подкастеры, YouTube- и TikTok-контентмейкеры, для которых создание контента — бизнес, будут считаться поставщиками медиауслуг и должны раскрывать доходы от госзаказов. Радиостанции обяжут транслировать 30% контента на эстонском языке, а иностранные — минимум 15%. Закон также уточняет правила лицензирования теле- и радиовещания, упрощает систему временных лицензий и сокращает их виды.  

Почему Эстония делает такой шаг? Геополитическая напряжённость и близость к России заставляют страну усиливать информационную безопасность. С 2022 года, после начала конфликта в Украине, страны Балтии активно борются с российскими СМИ, рассматривая их как инструмент гибридной войны. Эстония, где около 25% населения — русскоязычные, стремится минимизировать влияние внешней пропаганды. Латвия и Литва уже ввели схожие запреты, но Эстония идёт дальше, распространяя регулирование на онлайн-контент и вводя языковые квоты.  

Однако закон вызывает вопросы. Как он повлияет на кабельные сети, которым придётся убрать популярные каналы из пакетов? Представитель Elisa, одного из крупнейших операторов, в комментарии отметил, что запрет может сократить доходы, но компания готова адаптироваться. Русскоязычные жители, опрошенные Narva News, не выражают особое беспокойство, что доступ к привычным каналам сократится — «всегда есть интернет и системы позволяющие подключатся куда угодно» — говорит один из пользователей. Эстонский контент мягко говоря не всегда соответствует  интересам, и весьма пресный и скучный, продолжает он. По этому 99% моих интересов не совпадает с повесткой эстонской медиа сети.

Юридические нюансы тоже вызывают споры. По мнению адвакатов, закон соответствует нормам ЕС, но его реализация может столкнуться с исками, если TTJA будет действовать слишком жёстко. Технически блокировка каналов, вероятно, будет осуществляться через провайдеров, а за нарушения могут ввести штрафы, но точный механизм пока неясен. Экономически закон может перераспределить рынок госрекламы, усилив конкуренцию, но малые СМИ рискуют проиграть из-за новых затрат на лицензии и отчётность.  

Медиааналитик Анна считает, что закон укрепит прозрачность, но может ограничить разнообразие контента. "Квоты на эстонский язык — это хорошо для культуры, но слушатели могут переключиться на Spotify, где нет таких ограничений", — отмечает она. Оппозиционная партия EKRE уже заявила, что закон рискует стать инструментом цензуры, особенно для независимых блогеров.  

С 2026 года TTJA начнёт мониторинг медиапространства, включая интернет, что изменит правила игры для всех — от крупных телеканалов до TikTok-звёзд. Эстония, как цифровой лидер, должна найти баланс между безопасностью и свободой слова. Смогут ли новые правила защитить страну, не подавляя голоса её граждан? Ответ станет ясен в ближайшие годы.

Обычный сувенир из лавки в Таиланде или даже дедушкин самовар сегодня могут стать билетом в один конец — на выход с КПП или крупным штрафом. Налогово-таможенный департамент Эстонии (НТД) напоминает: теперь под санкции и международные конвенции попадают не только наркотики или оружие, но и одежда, электроника и изделия из редких видов кожи. Случай на границе в Нарве, когда туриста развернули из-за одной вещи в багаже, стал тревожным сигналом для всех путешественников. Публикуем актуальный перечень того, что таможня изымает без лишних разговоров.

Его война шла в соцсетях. Его наказанием стала реальная граница. В пятницу, 16 января, Полиция безопасности Эстонии (КаПо) выслала из страны гражданина Российской Федерации Давида Арутюняна — обладателя долгосрочного вида на жительство. Решение сопровождалось максимальной мерой: бессрочным запретом на въезд во все страны Шенгенской зоны. Формулировка сухая — «угроза безопасности». Содержание — показательное: посты, символы, служба в армии другого государства и публичная лояльность войне, которую Эстония считает агрессией.

По итогам 2025 года население Эстонии вновь уменьшилось. Свежие данные Департамента статистики фиксируют устойчивую убыль, ускоренное старение населения и стабильно высокий гендерный разрыв: женщин в стране примерно на 70 500 больше, чем мужчин. Этот дисбаланс сохраняется несколько лет подряд и формируется прежде всего за счёт старших возрастных групп.