Анна — назовем её так — наливает кофе и смотрит в окно своего кабинета в одной из таллинских больниц. «Знаете, что меня пугает больше всего? Не цифры в картах. А глаза», — говорит она. За последние два года к ней стали приходить люди, которые выглядят так, будто прожили две жизни. По паспорту им двадцать пять, тридцать, максимум сорок. А по усталости в голосе, по тому, как они садятся на стул, по провалам в памяти — можно дать все пятьдесят.
«Они постарели. Именно постарели, — настаивает Анна. — Не устали. Не выгорели. Они старые внутри».
Её наблюдение звучит как страшная сказка, но цифры намекают: что-то действительно сломалось в эстонском обществе между 2023 и 2025 годами. И это «что-то» особенно больно ударило по тем, кто говорит по-эстонски, кто родился здесь, кто читает местные новости и смотрит местное телевидение.
