Эстонию захлестнула «драгоценная лихорадка»: пока золото штурмует отметку в $4700, жители страны массово штурмуют пункты обмена. В сети Tavid скупка серебра подскочила в 15 раз, а ломбарды Luutar фиксируют двойной наплыв клиентов. Но пока одни спешат заработать на историческом пике цен, другие сметают остатки слитков с полок — на внутреннем рынке Эстонии возник дефицит серебра. Разбираемся, почему металл стал дороже денег и чего ждать дальше.

За последнюю неделю в ломбардах Таллина и Нарвы зафиксирован наплыв клиентов, которого не было с 1990-х годов. Люди сдают семейное серебро, а инвесторы активно скупают слитки — эксперты уверены: это только начало масштабных перемен.

В моем опыте работы с рынками драгоценных металлов, подобные всплески случались крайне редко. Любовь-Лууле Эммар, владелица таллиннского ломбарда, говорит, что за семь дней она видела больше семейного серебра, чем за последние пять лет: столовые приборы с монограммами, подстаканники, бабушкины броши, детские ложки «на первый зубок». «Это не обычная скупка, — делится она. — Люди входят с таким видом, будто несут патроны перед боем».

Цифры мировых бирж: 20 января 2026 года золото достигло $4 737 за унцию, а серебро — $95 488. Волна финансового «землетрясения» уже накрыла эстонские города: ломбарды сталкиваются с острым дефицитом серебра, а ажиотаж сравним с временами гиперинфляции.

Экономист AS Tavid Майт Краун отмечает: «Объем скупки серебряного лома вырос в 15 раз по сравнению с прошлым годом, а ажиотаж вокруг украшений — в 5 раз. Это не инвестиционный спрос, а выживальческий: люди конвертируют прошлое в наличность, ощущая нестабильность будущего».

В Нарве, где уровень безработицы выше среднего, скупка серебра стала способом быстро получить значительную сумму. «Рынок пуст, — говорит местный скупщик. — Всё, что лежало в шкатулках на черный день, теперь в наших сейфах. Серебро просто испарилось из домов».

Почему металлы в цене:

Причины глобальные:

Торговые войны: новые пошлины между США и ЕС повышают спрос на «убежища» вне традиционных валют.

Политика центробанков: ожидание снижения процентных ставок делает золото и серебро привлекательнее.

Серебряный парадокс: рост спроса на солнечные панели, электромобили и микрочипы сокращает промышленные запасы, а инвестиционный ажиотаж усиливает дефицит.

«Золото теперь не просто товар, а страховой полис», — объясняет аналитик The Guardian.

«Тогда и сейчас»:

2024 год: серебро около $28 за унцию. Сдать ложку можно было разве что на чашку кофе.

Январь 2026: $95,5 за унцию. Та же ложка стоит полноценный ужин.

Рост в 3,4 раза за два года показывает, что это не тренд, а революция в оценке металлов. А серебро, в отличие от золота, стало «народным активом» — барометром общественного настроения.

Что дальше? В ломбардах, заваленных серебром, возникает главный вопрос: пик пройден или мы вступаем в новую реальность, где металлы станут главной валютой неопределенности?

«Мы продаем не металл, а спокойствие, — говорит Любовь-Лууле Эммар. — Пока мир не даст людям другого повода для уверенности, они будут нести сюда всё, что у них есть».

В глобальном контексте текущий рост стал самым сильным для золота после 1970‑х годов, с увеличением стоимости на десятки процентов за последний год.

Именно это отражает январь 2026 года: доверие к бумажным деньгам падает, а новая валюта — страх, измеряемый унциями старого серебра.

Обычный сувенир из лавки в Таиланде или даже дедушкин самовар сегодня могут стать билетом в один конец — на выход с КПП или крупным штрафом. Налогово-таможенный департамент Эстонии (НТД) напоминает: теперь под санкции и международные конвенции попадают не только наркотики или оружие, но и одежда, электроника и изделия из редких видов кожи. Случай на границе в Нарве, когда туриста развернули из-за одной вещи в багаже, стал тревожным сигналом для всех путешественников. Публикуем актуальный перечень того, что таможня изымает без лишних разговоров.